Подростковый кризис и его особенности

Муниципальное  бюджетное общеобразовательное учреждение "Поведниковская средняя общеобразовательная школа"

 

 

Подростковый кризис и его особенности

 

Подростковый кризис и его особенности

Одним из самых сложных  периодов в онтогенезе человека является подростковый возраст, когда качественно изменяется весь человек – физически, эмоционально, интеллектуально, нравственно; когда происходит не только коренная перестройка ранее сложившихся психологических структур, возникают новые образования, но и закладываются основы сознательного поведения, вырисовывается общая направленность в формировании нравственных представлений и социальных установок.

Подростковый возраст является труднейшим периодом в жизни человека ещё и потому, что несёт в себе значительные изменения в самосознании взрослеющего ребёнка. Именно в этот период формируются чувство взрослости и «Я-концепция», появляется рефлексия, складываются мировоззрение, эго-идентичность, становится возможным самовоспитание.

Развитие в этот период идёт быстро, для подростка характерна личностная нестабильность. Противоположные черты, стремления, тенденции сосуществуют и борются друг с другом, определяя противоречивость характера и поведение взрослеющего ребёнка.

Анна Фрейд так описала этот период: «Подростки исключительно эгоистичны, считают себя центром вселенной и единственным предметом, достойным интереса, и в то же время ни в один из последующих периодов своей жизни они не способны на такую преданность и самопожертвование. Они вступают в страстные любовные отношения – лишь для того, чтобы оборвать их так же внезапно, как и начали.

С одной стороны, они с энтузиазмом включаются в жизнь общества, а с другой – охвачены страстью к одиночеству. Они колеблются между слепым подчинением избранному ими лидеру и вызывающим бунтом против любой и всяческой власти. Они эгоистичны, материалистичны и в то же время преисполнены высшего идеализма. Они аскетичны, но внезапно погружаются в распущенность самого примитивного характера. Иногда их поведение по отношению к другим людям грубо и бесцеремонно, но  сами они неимоверно ранимы. Их настроение колеблется между сияющим оптимизмом и самым мрачным пессимизмом. Иногда они трудятся с неиссякающим энтузиазмом, а иногда медлительны и апатичны».

Существуют различные формы кризисов развития в период взросления. Х Ремшмидт в своих работах даёт следующую классификацию:

1.      Нарушение полового развития

В процессе своего взросления подростки часто задаются такими вопросами: не превосходят ли  меня другие подростки (например, друзья) в сексуальном развитии? Нет ли у меня ненормальных сексуальных наклонностей? Вызываю ли я сексуальный интерес противоположного пола? Может быть, уже давно пора вести регулярную половую жизнь? Не должны ли    

  мои сексуальные потребности быть сильнее? (Или, наоборот, не слишком ли оны сильны?) и др.

Все эти сомнения связаны с тем, что у подростков часто нет чётких представлений о сексуальности и сексуальном поведении или же они чувствуют «давление социальных норм в отношении сексуальных достижений» Эти переживания обычно не принимают форму частых половых контактов, а выражаются в страхе несоответствия собственного сексуального развития возрастной норме.

2.Кризис идентичности

Кризис идентичности рассматривается как реакция на утрату статуса ребёнка, на несоответствие биологических возможностей социальным, на неуверенность в своей компетентности в новом статусе, на резкие биологические изменения, происходящие в организме взрослеющего человека.     

        В центре поисков идентичности стоят вопросы: «Каков я? Каким мне хотелось бы стать? За кого меня принимают?» На эти вопросы подросток не может ответить, не ориентируясь на образцы в семье и вне её, которые именно в этот возрастной период начинают подвергаться сомнению, что ведёт к возникновению целого ряда конфликтов.

Неуверенность и страхи в период кризиса могут достигать такой степени, что возникает боязнь утратить телесное и душевное единство. В таких случаях подростки часто создают поведенческие ритуалы, позволяющие им снова убеждаться в наличии себя самого (часто смотрятся в зеркало, ощупывают своё тело, записывают свои мысли).

 

                                                     3.Кризис авторитетов

Хорошо известно, что в период взросления у подростков широко распространены реакции протеста. Их содержание – противостояние авторитетам, существующим порядкам, структуре социальных норм. Также существуют формы отказа от этого противостояния, избегание его. Поведением избегания могут быть зависимость от ПАВ (психоактивные вещества) или вступление в псевдорелигиозные общины.

                                                           4. Переживание отчуждения

                           (деперсонализация и дереализация)

            По «переживанием отчуждения» понимают изменение восприятия самого себя (деперсонализация), других людей или окружающей обстановки (дереализация), которые субъективно выглядят как трансформация действительности или как утрата реальности. Переживания такого рода протекают приступообразно  и расцениваются подростком как «усиленная или достигающая кризисной кульминации саморефлексия».

5. Нарушение оценки своего физического облика

Подросток чувствует, как изменяются его соматические функции, и пересматривает представления о собственном теле. Пристально наблюдая за ним и сравнивая себя с другими, он часто преувеличивает свои подлинные или мнимые физические недостатки, что приводит к глубоким кризисным состояниям (нарушение самооценки, мрачные мысли о смысле жизни).

6. Нарциссический кризис

Нарциссический кризис  представляет собой неадекватно сильную сосредоточенность на собственной личности (эгоцентризм), обусловленную физиологическими особенностями периода взросления. Такие подростки отличаются переоценкой своих способностей и возможностей, достигающих степени гротеска, излишним честолюбием, чрезмерным и необоснованными ожиданиями в отношении окружающих, нечуткостью к близким и др. Для самооценки таких подростков свойственны частые колебания между переоценкой себя и ощущением неполноценности.

Идеально и благополучно для подростка, если формирование его системы нравственных ориентиров, ценностных ориентаций осуществляется в границах социума, в котором существует достаточно определённое понимание «правильного» и «неправильного», добра и зла. Сегодняшние подростки социально и нравственно дезориентированы.

Представьте себе человека, попавшего в незнакомый огромный лес. Он не знает названий растений, не знает, съедобны они или нет. Что делает человек в такой ситуации? Он может попытаться выйти, упорно стремясь найти дорогу. Но для поддержания жизни ему надо есть и пить. Съев ядовитые ягоды, он погибнет от отравления. Не принимая пищи, погибнет от голода. Сев на пенёк и покорно ожидая смерти…он погибнет ещё быстрее. Конечно, эта метафора – явное упрощение. Но незнание нравственных основ жизни (хорошо-плохо, правильно-неправильно, добро-зло) часто приводит подростка к «ядовитым ягодам» - алкоголь, наркотики, беспорядочные половые связи (всё это варианты особого «экспериментирования» с собой и своей жизнью), либо к «пеньку» - социальная и личностная апатия.

Так вот для того, чтобы жизнь подростка не превращалась в хаотичное блуждание по тёмному лесу, он  (подросток) ИМЕЕТ ПРАВО ЗНАТЬ:

·         О том, что в истории человечества всегда стояла проблема добра и зла, правильного и неправильного. И подмена слова «правильно» словом «нормально» - от лукавого.

·         О том, что человек способен выбирать и должен выбрать нравственный ориентир как высшую точку вектора его стремлений. Высшая точка стремления, Образ, к которому подросток уподобляет свою жизнь, - что это? Бог? Другой человек? Он сам? Успех? Деньги? Власть?

·         О том, что его возраст – благодатное время, когда могут раскрыться его сущностные силы. Но это раскрытие совершается в духовных исканиях, оно может быть сопряжено с мыслями о смерти и бессмертии, с мучительными подчас поисками своего пути.

·         О гетерохронности своего развития. Гетерохронность – это разновременность, асинхронность, несовпадение во времени фаз развития отдельных органов и функций.

·         О том, почему ему хочется экспериментировать с собой и собственной жизнью.

·         О том, что такое инициация и инициальный обряд и как они связаны с его поведением. Инициация (от  лат.iniiatio - совершение таинства, посвящение) –  обряд, знаменующий переход индивидуума на новую ступень развития в рамках какой-либо социальной группы или мистического общества.

Знание – важное условие оптимального развития. Знание, подкреплённое опытом переживаний, усиливает своё значение. Только узнав и пережив можно сделать выбор. Это знание содержится в социокультурном опыте человечества, в традициях, обрядах, педагогике. Родитель и учитель могут стать для подростка транслятором этого опыта, дать ключ для расшифровки кода жизни.

            Не имея «социальной опоры» в виде приемлемых для общества и личности обрядов инициации, подросток воссоздаёт их самостоятельно. Причём реализуя все основные сложившиеся в ходе исторического развития элементы инициального обряда.

Очень важно отметить, что экспериментальное поведение (поведение инициируемых) прежде было чётко организованным во времени. Оно предписывалось в период, предшествующий собственно инициации, и прекращалось тогда, когда после прохождения инициального обряда подросток получал подтверждение нового социовозрастного статуса. Очень важным является и то соображение, что сама процедура обряда, специфика ритуального действа оказывала (и оказывает) мощнейшее воздействие на личность инициируемого. Условия обряда создают предпосылки для символико-метафорического «погружения» подростка в потребное будущее.

Современные подростки, реализуя «поведение инициируемых», не получают подтверждения нового статуса и не проживают процедуру обряда. В связи с этим у них нет оснований для прекращения экспериментального поведения. Кроме того, неосознавание целей и причин такого поведения при отсутствии управляющего содействия приводит подростка к  выбору общественно опасных форм поведения. Испытать  свою силу, ловкость, храбрость, выносливость можно в спортивных состязаниях, конкурсах, проявить в походах. А можно и иначе – в попытке ограбить прохожего, например (тоже нужна сила, ловкость, храбрость, сообразительность).

От подростка обычно скрыт подлинный смысл его поведения, а взрослые не содействуют раскрытию смысла, ограничиваясь запрещением или порицанием этого поведения.

На психологическом уровне (который часто не осознаётся ни подростком, ни взрослым) взрослый, порицающий или запрещающий экспериментальное (инициальное) поведение, символически «запрещает» подростку взрослеть, противодействует развитию его личности. Такая тактика взрослого встречает самое серьёзное (и справедливое) сопротивление подростка.

Демонстрируя радикальные формы экспериментального (инициального) поведения, подросток буквально взывает к взрослым: «ПОДТВЕРДИТЕ МОЙ СТАТУС!» «ПОМОГИТЕ МНЕ СТАТЬ ВЗРОСЛЫМ!» А взрослый либо молчит, либо осуждает и отворачивается.

Тогда подросток интуитивно воссоздаёт нормативно-ритуальную практику инициаций: вступая в подростково-молодёжные сообщества, он проходит процедуру инициации – «породняется» с референтной (значимой для него) группой через кровь, нанося себе порезы и демонстрируя умение терпеть боль, через слюну (инициальный обряд панков, состоящий в обмене плевками), через «трубку мира» (совместное употребление психоактивных веществ).

«Какая глупость!» - реагирует взрослый на первый способ инициации.

«Какая гадость!» - морщится он, услышав о втором.

«Какой ужас!» - искренне восклицает по поводу третьего способа.

На самом деле эти способы инициации долгое время существовали в истории человечества, действительно служа целям изменения самосознания и самоизменения, подтверждения нового статуса. Однако в ходе исторического развития были выработаны и иные формы породнения, приобщения к сообществу: клятва, обмен талисманами, совместные действа сакрально-эстетического характера (пение, танец, музицирование), совместная трапеза.

            В ситуации неосведомлённости об этом естественным для подростка представляется выбор им наиболее архаических форм инициации.

Складывается парадоксальная ситуация: с одной стороны, подросток всеми своими проявлениями побуждает взрослых к реализации их роли Ведущих. А взрослые отказываются от этой роли, попутно жалуясь на «неуправляемость» подростка. Настоящего  ведущего у современного подростка нет. И тогда он становится ведомым кем и чем угодно. Правил для структурирования действительности тоже нет.

В результате формирование поведения подростка оказывается весьма проблематичным. А затруднения с формированием поведения неизбежно влекут за собой препятствия к развитию личности.

 Подростки, юноши и девушки экспериментируют с различными сторонами своего «Я», это соотносится со становлением самосознания. Подросток экспериментирует со своим именем, выбирая для самоименования ник, кличку, прозвище, «погонялово». Экспериментирует с внешностью (яркая косметика у девушек, окраска волос, выбор необычных причёсок, ненесение татуировок, пирсинг, выбор особой одежды). Проводит эксперименты различного рода с телом: сюда можно отнести и жёсткие диеты, «накачивание». Особого рода эксперименты связаны с сексуальной сферой. Столь же широкая область экспериментирования – изменение сознания через употребление алкоголя, ПАВ.

Такие эксперименты связаны с самоутверждением подростка, его эмансипацией. Подростковые эксперименты направлены на проблематизацию существующих норм и правил. Это, с одной стороны, позволяет ему символически приобщиться к миру взрослых (свободных в выборе, принимающих решение), а с другой – усвоить нормы и правила через зачастую негативное их принятие, выраженное в форме отрицания («если говорят, что надо учиться и не надо курить – буду курить и не буду учиться!»).

Сами того не осознавая, подростки всем своим видом и поведением подчёркивают переходность своего статуса. В истории человечества подчёркивание статуса инициируемых всегда выражалось в изменении их одежды, часто – в раскрашивании лица и тела. Что касается поведения, то инициируемые («посвящаемые» в новый социальновозрастной статус) обычно проходили ряд испытаний, зачастую связанных с опасностью для жизни (у юношей). В ходе инициации испытаниям подвергались такие значимые для юношей качества, как смелость, выносливость, умение терпеть боль и лишения, сила, сообразительность; для девушек – трудолюбие, выдержанность, настойчивость, терпение, мудрость.

Одно из центральных побуждений подростка к реализации экспериментального поведения – вопрос к себе: Смогу или нет?» По существу, этот вопрос и является центральным вопросом инициации, ведь именно готовность к новому статусу, к выполнению новых обязанностей и реализации новых прав и проверяется в инициальных обрядах.

Подросток, в ходе реализации экспериментального поведения ответивший себе: «Смогу!» - символически «инициируется» в мир взрослых.

Таким образом, экспериментальное поведение подростков исторически связано с инициальными обрядами, предписывавшими и регулировавшими формы такого поведения.

Внимание жизненно необходимо подростку, так как он самый отверженный и самый одинокий. В силу своего возраста он уже не может довольствоваться семейной и школьной жизнью, вырастая из их представлений и норм, а подчас и вступая с ними в конфликт – подростка неудержимо влечёт взрослое общество со своими законами, со своей, совершенно иной, чем детская, структурой. И ему очень трудно: ему надо приспособиться к новым условиям, принять себя и добиться, чтобы другие приняли и оценили – как взрослого, как личность.

«Кто я? Каков? Почему?»  - эти характерные для данного периода вопросы свидетельствуют об обращённости подростка к самому себе. Но ответ на них может быть найден только путём столкновения с действительностью. «Я и другие», «Я и мир» - центральные проблемы подросткового возраста. Ребёнок сравнивает себя с окружающими, и это сравнение очень часто субъективно не в его пользу.

Всё это и составляет суть подросткового кризиса как кризиса самосознания, преодолев который человек приобретает «чувство индивидуальности».

Сайт создан по технологии «Конструктор сайтов e-Publish»